Доброй ночи, 20 сентября 2019 года, 04:01

1

Начала

2

Детали

3

Этнос

4

Media

5

Взгляд

6

Разное



// 27.08.2010

Когда хан крымский выводит сам в поле свое войско, оно простирается до 80-ти тысяч человек и более, если предводительствует оным мурза, то состоит из 40 или 50 тысяч. Татары вторгаются в земля неприятельскую обыкновенно в начале января и всегда в зимнюю пору для избежания разных препятствии на пути, и чтобы реки и болота не останавливали их шествие.

Знатнейшие из них, вместо подков для лошадей, употребляют бычий рог, прикрепляя его к копытам кожею на подобие верви и гвоздей, но это весьма непрочно. По сей причине татары чрезвычайно опасаются неснежной зимы и гололедицы, во время которой и наилучше подкованные лошади скользят. Ежедневный переход их невелик, ограничивается только 6 французскими милями (около 25 километров). Подвигаясь медленно, они рассчитывают время, что бы возвратиться в улусы до вскрытия рек и обеспечить свое отступление. Таким образом, приближаются крымцы к границам польским, избирая путь между лощин и стараясь укрываться от казаков, которые стерегут их непрестанно а разных местах, и когда примечают, приводят в тревогу всю страну. Соблюдая строжайшую осторожность, отряжают вперед разъезды, что бы захватить несколько казаков и удостовериться о числе неприятеля.

Татарский фронт состоит из ста человек и трехсот лошадей, потому что у каждого две заводные для перемены и вьючения добычи. Восьмидесяти тысячное войско выводит более 200 тысяч лошадей. Зрелище, для не видавшего оного, удивительно страшное. Не так часты, бывают деревья в лесу как конница татарская, выступающая в поле: ее можно уподобить некому облаку, на горизонте плывущему, и по мере приближения своего, распространяющемуся.

В сем порядке движется громада сия, останавливающаяся каждый час минут на 15 для облегчения лошадей от мочи. Достигнув границ польских, татары за три или четыре мили делают роздых дня на два или на три, избрав для сего место безопасное. Тогда приготовляются для нападения следующим образом разделяют свои силы на три части - две трети составляют корпус, а одну треть делят еще на две, и сие полтрети образуют правое и левое крыло. В таком устройстве, вступая в землю неприятельскую, днем и ночью беспрерывно подаются вперед, останавливаясь только на один час для корма лошадей и не причиняя никого опустошения, доколе не дойдут до внутренностей той страны на 60 или 80 миль.

Возвращаясь, главный вождь татар отряжает во все стороны крылья своей армии, который отделяются от оной на 8 или 12 миль. Каждое крыло, составленное из 8 или 10 тысяч человек, раздробляются на 10,12 отрядов, заключающих в себе от 500 до 600 человек. Они в разных направлениях устремляются на деревни, окружают их четырьмя караулами, разводят сильные огни, чтобы ни один житель не мог спастись ночью, бегством; потом грабят, истребляют селения, умерщвляют всех противляющихся им, берут в плен сдающихся им не только мужчин, женщин, но даже и грудных младенцев, уводят скот, быков, лошадей, коров, овец, коз; запирают свиней в овин или иные строение и вечером зажигают оные по омерзению к сим животным; возвращаются в четыре или пять часов со значительною добычею к армии, которую не трудно отыскать по следам, ибо татарский фронт, как упоминалось, состоит из трехсот лошадей.

Тогда два свежих крыла отделяются от главных сил и направляют путь в противоположные стороны в равном числе для одинаково опустошения. Таким образом, татары совершают по переменно свои набеги, не уменьшая корпуса в числе людей, составляют всегда две трети и идут медленным шагом, чтобы, не утомляя себя всегда быть готовым к отражению войск польских, коих стараются избегать. Они никогда не возвращаются тем же путем, которым вошли, опасаясь поляков, не нападают, но обороняются, и то когда вдесятеро превышают своих противников; вторгаются в Польшу не для сражения, но для грабежа и хищничества внезапного.

По окончании всех своих набегов вступают в необитаемые пограничные степи, и в сиих, безопасных для себя местах делают продолжительный для себя роздых, вновь устраиваются, если приведены в беспорядок встречею с поляками. Отдых сей продолжается неделю, в которое время они собирают всю свою добычу, состоящую из пленников, скота и делят между собой. Вот в кратких словах, описание хищнических вторжении татар, менее чем в две недели уводящих 50 000 душ.

Посмотрим теперь, как неверные вторгаются в Польшу в летнее время: число их простирается тогда от 10 до 20 000 человек не более, что бы быть менее замечаемыми. За двадцать или тридцать не доходя до границы, разделяются они на десять или двенадцать отрядов, каждый из тысячи всадников: одна половина, то есть 5 или 6 отрядов, устремляется в правую сторону, расстоянии один от другого на одну или полторы мили; другая половина берет направление в левую сторону таким же порядком. Сторожевые предшествуют за одну милю первым отрядам.

Они подвигаются по кривой линии в близком расстоянии между собой, чтобы в назначенный день соединиться в общем сборном месте, от границы в двух или трех милях, подобно как многие лучи собираются в одном месте; раздробляют свой силы, что бы казаки, держащие караулы в поле, не сведали настоящего числа их и подавали весть только об одном виденном их отряде. Приметя татар издали, казаки поспешно скрываются, распространяют повсеместную тревогу, не страшась столь малого числа, но по прошествию нескольких дней, от появления множества приходят в изумление.

Татары, вступая в границы, избирают дорогу по возвышенностям, между двух значительных рек, отыскивая источники малых впадающих в большие. Не находя преград в пути своем, грабят они и опустошают, подобно предыдущим, но не углубляются в страну далее шестидесяти миль, не остаются там более десяти дней, и по окончании дележа, возвращаются восвояси. Равнины, лежащие между Буджаком и Украиной, бывают обыкновенно усеяны татарами, числом от восьми до десяти тысяч, разделенным на тысячные отряды, каждый в расстоянии один от другого на десять или двенадцать миль. Когда казаки для наживы пускаются через сии опасные степи, то не иначе, как под прикрытием своего табора: ставят повозки в два ряда, восемь или десять повозок впереди и такое же число позади, а сами с ружьями, дротиками и косами на длинных ратовищах бывают в середине: лучшие же их всадники располагаются вокруг табора, имея при том караул на 1\4 мили впереди и в ровном расстоянии позади оного, также на каждом крыле для открытия неприятеля. Лишь только примечают они татар, подают знак, и табор останавливается. Если казаки первые увидят неверных, то горе неверным; в противном случае татары внезапно устремляются на табор казацкий, наносят оному чувствительный вред. Татары употребляют в поле хитрость для овладения каким-либо караваном и сокрытия следов своих.

Предварительно надлежит знать, что степи сии покрыты травой, возвышающейся на два фута от земли так, что проезжая оные, нельзя топтать траву, чрез что остается след, и делается известно число всадников, и в какую направляют они путь свой. Что б избегнуть преследования, татары изобрели следующий способ: 400 человек, например, делятся на четыре равных отряда и, подобно лучам, имеющим во все стороны направления от центра, каждый сотенный отряд отправляется: один на север, другой на юг, третий на восток, четвертый на запад, в расстояние от средоточия около полторы мили.

Тут сии сотни раздробляются еще на три части, заключающиеся из 33 человек и идут в разные стороны, как и сотенные отряды; потом через полмили делятся снова на трое, продолжая свое шествие до тех пока, пока их не останется десять или одиннадцать человек. Все сие производиться менее чем в полчаса и на крупной рыси, ибо если их заметят, то поспешность уже не поможет. Они все знают совершенно сей маневр, и положение степей им столь же известно, как кормчим гавань. Каждый отряд из одиннадцати человек состоящий, идет, как вздумается, не встречаясь с другими, наконец, в назначенный день, сходятся в общее сборное место, в лощину, где обретается вода и хорошая трава. Смятая одиннадцатью лошадями трава вновь поднимается, не оставляя никакого признака. Сошедшись в сборное место, они несколько дней остаются там скрытно, потом целым корпусом устремляются на одну из пограничных деревень, внезапно занимают ее, грабят и удалятся, как выше описано.

Татары изобрели сию хитрость - скрываться в степях, что бы удобнее провести казаков, с ожесточением их преследующих. Ведая, что неверные числом не свыше 5 или 6 сот, тысяча или тысяча двести казаков садятся на коней и пускаются за ними в погоню, отыскивая там следы, по оным местам разделения их. Там приходят в недоумение, не зная где далее искать татар, ибо следы простираются во все стороны, принуждены, бывают возвратиться и объявить, что никого не видали. По сей причине весьма трудно встретиться с сими татарами, разве как-нибудь случайно, когда они употребляют пищу или спят, но татары всегда бывают осторожны.

При встрече, около восхождения или захождения солнечного, обе стороны употребляют всевозможное старание зайти так, что бы солнце иметь в тылу, подобно тому, как на море ищут направление по ветру. Если поляки устремляются на татар, последние не в состоянии отразить нападения их саблями, то рассеиваются, как мухи; всякий спешит в свою сторону, на самом быстром скаку стреляя из лука столь метко, что попадает, в кого не целит, на расстоянии от шестидесяти до ста шагов. Поляки не могут их преследовать, ибо лошади польские не столь быстры.

Отскакав четверть мили, татары соединяются и целям фронтом производят вторичное нападение на своих противников; если бывают опрокинуты, снова рассеиваются, стреляя на бегу с левой стороны и таким образом, столь утомляют поляков, что принуждают их отступить. Но сие бывает тогда только, если татары числом в десятеро более: иначе, выстрелив раз, они не возвращаются. Так воюют в той стране народы сии. Теперь надлежит упомянуть о переправе татар вплавь через реки, наивеличайшие в Европе. Все лошади их умеют плавать, особенно в сей холодной стране, где вода имеет более тяжести, чем во Франции, не быв толикою очищена солнцем. Лошади татарские не могли бы столь легко переплывать через Сену, как через Днепр по вышеобъясненной причине, что вода оного, будучи тяжелее, тем удобнее подымают иные тела.

Татары поступают следующим образом: когда им должно переправиться через Днепр, то они избирают места, где есть удобные к выходу отлогости. Каждый татарин запасается некоторым количеством камыша, делается из оного две связки, длиной в три фута, толщиной около десяти ли двенадцати дюймов, расстоянием одна от другой на фут, связывает их посредством трех поперечных палок, укрепляет снизу палкою с угла на угол и привязывает сии связки к лошадиному хвосту, потом кладет на оные седло: одежду, лук, стрелы, саблю, и, нагой, с плетью в руке, входит в воду, погоняет лошадь, имеющую на шее узду, которую он то одной то другой рукой держат, ухватясь и за гриву.

Таким образом, гонит лошадь вперед, и сам плывет с помощью одной руки, не выпуская из другой гриву и узду. Когда лошадь приближается к противоположному берегу, и вода становиться ей по брюхо, он останавливает ее, отвязывает от хвоста камыши и переносит их на землю. Так все татары переправляются через реку, составляя по оной линию на полмили.

Также в разделе Этнос //





  Начала //     Детали //    Этнос //     Media //     Взгляд //     Разное //  


Мой Крым  Концепция, исполнение и поддержка :  E 'QUESTOR' K [info[@]mycrimean.ru] 

Версия :
Fenix III Copyleft © 1998-2019  Дата : 24.02.2017 Powered by : PHP 5.3.29  Создано за 0.008 сек.